Аннотация

Это книга для родителей о том, как рассказывать сказки. У автора множество идей, как это делать, но она преподносит их, не навязывая никаких теорий. Нэнси Мэллон помогает нам проявить себя на деле в роли сказочников и рассказывает, как это реально происходит в семьях. В то же время с ее помощью мы видим, как семейные сказки способны принимать классические сюжеты и формы.

Книга будет хорошим пособием для родителей и поможет им обрести храбрость, чтобы доверять своей фантазии и отваживаться входить как в традиционный мотив великих общеизвестных сказок, так и в простенькую историю, которую рассказываешь ребенку обычным вечером.

ISBN 978-617-7314-46-1

© Hawthorn Press, 2000

© Мария Шаскольская, перевод, 2013

© Издательство «НАИРИ», Киев, 2019

Ненсі Мэллон

Расскажем детям сказку

Предисловие

Пять лет назад я начал рассказывать сказки и истории моим детям — по полчаса на ночь, каждый день. Я не руководствовался никакими теориями или принципами — это получилось само собой. Некоторые истории стали многосерийными: каждый эпизод был законченным сам по себе, но вся история растягивалась на месяцы или даже годы. Как правило, они начинались с одного и того же зачина, и отдельные элементы тоже были постоянны. Появлялись одни и те же действующие лица, а затем возникали новые персонажи. Например, рассказы о короле Франциске и королеве Маэве начинались с того, что король Франциск просыпался рано утром, выходил на балкон (у него был балкон в спальне) посмотреть, как там дела в его королевстве. И всегда все было хорошо и спокойно, но где-то далеко на горизонте всегда виднелась какая-то неприятность. Каждый вечер я спрашивал детей, какую историю они хотят услышать. И они говорили: «Про короля Франциска!», или «Про Ананду Кумерасвами!», или «Про великана с синими пятками». Иногда они сами говорили, что должно случиться в сегодняшней истории, но я, как правило, отвечал, что не могу указывать персонажам, что им делать, а слушаю, как сказка разворачивается сама.

За те годы, что я рассказываю сказки, я многому научился. Я постиг прелесть повторений и традиционных присказок, почувствовал властную силу персонажа, который желает появиться в поле уже устоявшихся отношений, и ту красивую арку повествования от начала к концу, которую выстраивает каждая сказка, долгая ли, короткая ли. Начинаю я всегда с того, что мы все молчим какое-то время, чтобы вечерняя сказка родилась и показалась в исходном зернышке. Я научился доверять сказке — она сама построится и сама завершится, если я буду открыт в своем воображении.

Об этом нашем вечернем занятии знают лишь несколько моих друзей. Они говорят мне: да, детям это полезно. Но сам я думаю совсем иными словами: рассказывая сказки, мы получаем чистую радость — мы с детьми открыли что-то, что можем делать вместе. Вечер за вечером я чувствую благодарность, потому что даже если сказка получается, с моей точки зрения, нескладная, дети все равно ее ценят и радуются. Когда сказка заканчивается, я слышу, как они выходят из своей глубокой сосредоточенности и переходят в другой мир, чтобы теперь заснуть. Они очень редко засыпают во время сказки, но если это случается — я счастлив.

Я знаю по собственному опыту, что такое устные сказки в семье. Хочу еще раз подчеркнуть, что эта традиция родилась у нас в семье просто потому, что родилась; никакая философия или теория воспитания за ней не стояла. У меня есть довольно много идей и соображений насчет сказок, но если они и были задействованы, то лишь неосознанно.

И я счастлив, что Нэнси Мэллон написала эту книгу для родителей о том, как рассказывать сказки. У нее тоже есть много идей, но она преподносит их, не навязывая никаких теорий. Нэнси принимает множество вариаций того, как строится сказка и как ее рассказывать. Она помогает нам проявить себя на деле в роли сказочников и рассказывает, как это реально происходит в семьях. В то же время с ее помощью мы видим, как семейные сказки способны принимать классические сюжеты и формы. Нэнси понимает важность голоса и модуляций, но не предписывает правил.

Я полагаю, что ее книга будет хорошим пособием для родителей и поможет им обрести храбрость, чтобы доверять своей фантазии и отваживаться входить как в традиционный мотив великих общеизвестных сказок, так и в простенькую историю, которую рассказываешь ребенку обычным вечером. Нам, родителям, меньше всего нужен свод правил по рассказыванию сказок. Мы нуждаемся лишь в добром участии и поддержке, чтобы научиться принимать образ сказочника. Я высоко ценю то, как Нэнси Мэллон подает свои идеи, не принуждая нас соблюдать некие рамки «как правильно». Если в нашем рассказе не будет удовольствия и собственной изобретательной фантазии — значит, в нем не будет ни сердца, ни души.

Родитель-сказочник входит в старинную традицию, которая кажется простой, но в действительности сложна и серьезна. Семейные сказки — это не просто что-то такое на ребячьем уровне. Сказочные радости для сказочника вполне взрослые. Все это Нэнси Мэл-лон описывает в своей книге с тонкостью настоящего сказочника. Здесь речь идет и о трудностях, с которыми может столкнуться родитель, желающий рассказывать сказки. Должен признаться, что иногда мои сказки кажутся мне не слишком удачными, и тогда писатель и ученый во мне начинают влезать в сказку со своей ненужной осторожностью.

Наши жизни, на глубочайшем уровне нашего опыта, состоят из кусочков историй и образов, которые хотят сложиться в целостное повествование. Мы отыскиваем смысл этих историй, и чем глубже входим в них, тем глубже находим источник нашей жизни. А раз так, то рассказывать сказки и истории — первейшая задача родителей. Сделать сказку честной, притягательной и подходящей для детей — заманчивая задача. Чтение сказок вслух имеет свои замечательные свойства и ценность, но сочиненная тобой сказка, которой ты позволил прийти к тебе — это лучший из всех известных мне видов сказок.

Когда я оборачиваюсь и смотрю на свой опыт семейных сказок, у меня возникает надежда, что мои дети учатся открывать в себе способность фантазии. Королевство короля Франциска и королевы Маэвы существует, как существует и лавка древностей Ананды Ку-мерасвами. Они существуют в воображении, но для меня воображение во многих отношениях более жизненно, чем так называемая «реальная» жизнь, лишенная воображения. Пусть Нэнси Мэллон научит вас, как стать сказочником и первооткрывателем совершенно новых миров для вас и для ваших детей.

Томас Мур

Введение

Счастливы те семьи, где есть мудрый любитель-сказочник. Стать таким сказочником никогда не поздно и никогда не рано. Из века в век искусство устного рассказа дарило людям чувство полета и утешение, вдохновляло их и наставляло. Новое время требует новых подходов и новой соотнесенности с этим древним искусством. Эта книга поможет вам узнать, зачем и каким образом становиться семейным сказочником, как справиться с препятствием, которое таится у вас внутри, и как растить искусство сказки, чтобы оно расцветало в вашей жизни вместе с вашими детьми.

Дети часто обнаруживают наши недостатки, но если мы преданы им, то они же и вдохновляют нас на поступки, казавшиеся совершенно невозможными. Мы растем вместе с ними, и они учатся у нас проникать в тайную сокровищницу своей памяти и фантазии и пользоваться этим, когда им что-то требуется в жизни.

Многие родители, да и вообще взрослые люди поначалу удивляются тому, что маленькие дети хотят, чтобы взрослые не просто пересказывали, но и сами сочиняли для них сказки и истории. Однако вскоре мы убеждаемся, что, откликаясь на их просьбу, создаем чувство тепла, семьи и общности. Эта книга и написана для того, чтобы помочь непосредственно пережить те мудрые и благие творческие силы, которые живут в каждом из нас, пусть даже пока в спящем состоянии. Компьютерные сказки, телевизор и даже напечатанные книжки — это прохладная замена близости с теми старшими, которые ведут нить своих рассказов из сердца и из души. Живое творчество взрослого откликается такой же способностью и у ребенка. Древнее искусство неторопливого устного рассказа переживает свое сознательное возрождение посреди хитроумной какофонии электронных средств. Все большее и большее желание превратиться в настоящего сказочника, живущего в своем рассказе полнокровной жизнью, возникает у многих родителей, у бабушек и дедушек. Начиная рассказывать своим детям либо собираясь в кружки любителей сказок в своей деревне, поселке или городе, чтобы рассказать любимую историю, они вскоре убеждаются, что сказочник живет в каждом из нас и у этого сказочника есть в запасе множество собственных и общих тем для рассказа.

Сказки и рассказы возникают из культур прошлого, настоящего или будущего; с их помощью мы открываем друг в друге себя, все мы — одна человеческая семья. В рассказах мы общаемся с предками и переоткрываем для себя свои духовные истоки, настраиваемся на мудрость природы и на звездные небеса. С помощью воображения — языка эволюции — мы говорим с будущим. И взрослые, и дети нуждаются в сказках, рассказанных вслух. Многие годы я наслаждаюсь взращиванием искусства сказки вместе с семьями. С тех пор как, работая учительницей начальных классов, я впервые открыла для себя эти творческие силы, я встретила множество людей из самых разных социальных слоев и культур, желавших утвердиться в своих способностях сказочников. Некоторых из этих отважных людей вы встретите на страницах книги — они начали рассказывать сказки своим детям, совсем маленьким или даже еще не рожденным, изумляясь самим себе, как мы изумляемся, начиная незнакомое дело. И были щедро вознаграждены, и вознаграждение это длится и длится. Я надеюсь, что их творческая отвага сподвигнет и вас поверить в собственные силы — ради детей в вашей жизни, ради вас самих и ради людей вокруг.

Глава 1. Волшебный плащ сказочника

Все вещи связаны между собой...

Сиэттл, вождь племени Северной Америки

Бог создал человечество из любви к сказкам.

Эли Визель

Кто такой сказочник?

Младенцы, подобно сказочникам, смотрят на мир как на удивительное чудо. Они ощущают, как вокруг них действуют древние силы и потоки речи. Они начинают извлекать слова и образы из огромного сплетения звуков и смыслов. Дети растут и с восторгом открывают для себя живой плащ речи, памяти и фантазии, окутывающий любого человека. Они требуют, чтобы мы помогали им заворачиваться в этот плащ, чувствуя, что только так могут полностью вырастать в своей человеческой сущности.

Стать сказочником в собственной семье — это ваш шанс выработать в себе глубокую осознанность и чувствительность к качеству вашего слова и звука вашего голоса. Так же, как вы стараетесь обеспечить детей полноценным питанием, вы можете дать им сказки, богатые словом, образами и духовным содержанием. Отпустив свой творческий дух и жизненную силу языка свободно творить в вашем голосе, обратив этот голос к детям, вы вернетесь к самим себе. В усердной практике храбрые новоявленные сказочники строят свои органы речи, порою сильно рискуя в попытках самовыражения. Дух и желание связать себя с другими станут вашим величайшим вдохновением: подобно ребенку, вы откроете заново чудо слова.

Читать книжку детям — вовсе не то же самое, что рассказывать устно. Часто родители отваживаются на свой путь сказочника, начиная с того, что читают любимую сказку так часто, что в конце концов отрываются от нее в собственный полет. И это может оказаться сильным переживанием — почувствовать потребность ребенка слышать сказку непосредственно от тебя, оторваться от написанных слов и рассказать сказку наизусть.

Придумаем сказочника

Существует много способов утвердиться в устной традиции вне зависимости от того, была ли эта традиция в вашей собственной семье или нет. Я часто прошу мам и пап представить себе сказочника, который помог бы им общаться с их детьми.

Одна молодая мама четверых детей описала своего воображаемого сказочника как «невозмутимую североамериканскую индианку, сильную, с прямой спиной; в левой руке у нее искусно вырезанный посох, доставшийся ей сквозь длинную череду поколений, в правой — витая раковина, с помощью которой она созывает людей, когда хочет поведать им важную историю». Эта мама признала свою сказочницу как скрытую часть самое себя, настойчиво стремившуюся помочь ей обращаться к своим детям с мудростью и властью.

Другая молодая мама открыла, что ей удается говорить из своей древне-мудрой части личности, если она начинает каждую сказку одной и той же славянской песней, где говорится: «За морем-океаном, за солнечными полями с золотым зерном, за деревнями с красными черепичными крышами, за далекими-далекими горами живет-поживает старушка. Волосы у нее белы, как снег, на голове венок из цветов, сидит она на старом деревянном стуле, и вот что она рассказывает...»

Этот зачин помогал ей неоднократно. «Я верю своей старушке, — говорит она. — Когда я чувствую, что устала, или когда меня дети доводят, она дает мне силы. Сидит, напевает что-то на своей поляне, и я вижу морщинки у нее на лице, седые клочковатые волосы, старую юбку. У ног — разные травы, вокруг птицы летают. Словно мы с детьми переносимся туда на воздушном шаре, а пока летим, я уже успеваю собраться. Мы летим над полями Франции, над черепичными крышами моих предков из Бельгии и приземляемся на поляне где-то в Восточной Европе. Когда я начинаю напевать мелодию этой песни, без слов, дети замирают — и словно все поколения нашей семьи слушают ее вместе с нами».

Отец двоих сыновей — трех и пяти лет — понял, что книжных сказок для них недостаточно. И вот одним ненастным днем его фантазия сотворила строгую учительницу — настоящую занудную училку миссис Скрип. Она всегда читала нотации гнусавым голосом, всегда знала, что вести себя следует только так, как она говорит. И много месяцев эта миссис была в центре его спонтанных историй, в которых всегда приключалась какая-то глупость, а потом открывалось что-то новое. Она настолько стала частью их дома, что однажды, когда родители с детьми повздорили и никто никому не хотел уступать, отец воскликнул: «Ну что ж мы, совсем как миссис Скрип! А ну, миссис Скрип, пошла вон!» — и удивительное дело, всем стало гораздо лучше.

В той же семье с годами появлялись другие сказочники. «У детей есть свои любимые рассказчики, и это вовсе не обязательно те, которые нравятся мне, — говорила их мать. — Больше всего они любят тетушку в носочках в горошек, которая живет под белым навесом. И мне очень легко ее представить, с ней связана масса живых историй. Когда пора рассказывать сказку, дети просят: «Пожалуйста, про тетушку в носочках в горошек». Подстраиваясь всей своей энергией к энергии детей, эта находчивая мама всегда начинает так: «Ну, вот что она рассказала сегодня. » Иногда это уже давно знакомая сказка, но веселая тетушка под навесом всегда добавляет в нее новые краски. Другой любимый сказочник этой сельской семьи — мистер Глик, который живет в большом городе и все ремонтирует. Когда дети хотят послушать про его дела, они звонят ему по воображаемому телефону — у него номер 1-2-34-5. «Он совершенно не похож ни на кого в нашей семье, курит сигары и говорит с ужасным акцентом. Он рассказывает о своей сестре, которая любит мятную жвачку, и о том, как чинит прохудившиеся трубы и старые двери», — продолжает мать. Истории о мистере Глике умеют сочинять оба родителя, и иногда он попадает в такие переделки, что родители удивляются наравне с детьми.

Часто родители жалуются, что у них не получается построить целую сказку до конца. «Я не могу довериться своей фантазии! Не могу рассказать настоящую историю без книжки!» Но от целостности и новизны (то есть свежести) дети крепчают. Основные ингредиенты устного повествования — те же, что нужны в питании детей для их здорового развития. И вы сами удивитесь, насколько не только дети, но и вы почувствуете себя более живыми и любимыми по мере того, как будете вместе с ними рассказывать сказки и истории. Придумать многоопытного сказочника — это само по себе может стать волнующим переживанием. Сказочника из другой культуры, из другого времени, такого, который связан с самыми первыми сказителями, может петь и говорить нараспев с Космосом. Найдите или сделайте шаль либо накидку для этой древней могучей повествующей части вас самих. Обустройте место для рассказывания сказок и историй: можно взять одно или несколько покрывал, накинуть их на стулья либо прикрепить к стене. Зажгите вместе с детьми свечу или фонарь и насладитесь с ними этой укрытостью, словно в материнской утробе, и почувствуйте, как родятся великие сказки.

Создаем тишину

Дети любят устроить возню и пошуметь, но тишины они хотят тоже. В миллионах домов количество децибел все растет и растет, при этом люди стремятся ко все большей и большей тишине. Слух страдает от беспрерывного окружающего нас шума и гама, нам не хватает покоя и тишины лесов, деревьев и молчаливости большинства живых существ. Сегодня требуется большое искусство, чтобы позволить тишине царить в нашей жизни. Тишина собирает все способности ребенка воедино. Она охватывает мышление, чувства и волю, позволяет нашим ожиданиям свершаться, умам открываться, брюшным мышцам расслабляться. Тишина есть самая добрая и самая могущественная точка для начала сказки. Создать тишину — совсем не то же самое, что добиться от детей, чтобы они сидели смирно. Это активная, излучающаяся мощь. В атмосфере тишины наши сердца приходят к мягкому ритму, чувства открываются и даже поры нашей кожи теряют напряжение. Создавая тишину, мы укрепляем терпеливое активное внимание ребенка, на чем строится любое обучение. Войти в эту крепость и силу можно множеством способов.

Одна бабушка вязала для себя шаль всех цветов радуги и, рассказывая детям сказки, накидывала ее на себя. Но ей хотелось поделиться и с другими тем покоем, что излучала ее шаль. И вот месяцами она вязала такие «сказочные» шали для всех членов семьи и для друзей и дарила их, заворачивая в них сборники любимых сказок.

Мама средних лет, невероятно замученная двумя своими активными маленькими сыновьями, тоже вспоминала, как с благодарностью принимала этот дар тишины, когда сама же рассказывала сказку. Жили они в престижном коттеджном поселке в Америке, и вот однажды эта женщина решила купить старую прялку. Затем они с мужем отважились отгородить часть сада и поселить там тихую спокойную овечку. Много недель подряд вся семья училась ухаживать за овечкой и ее ягнятами, чесать шерсть. Мама стала пробовать прясть, и легкое жужжанье колеса, особенно в вечернее время, перед отходом ко сну, создавало атмосферу мира и покоя. Постепенно пальцы у мамы становились все более ловкими, и ей уже удавалось скручивать все более длинные нити. И как-то вечером, когда она сучила пряжу, а мальчики следили за движениями ее пальцев, мать начала «прясть» для них историю о двух бойких мальчиках-пастушках. К ее удивлению, дети сказку полюбили и с нетерпением ждали продолжения. На следующий вечер мать подхватила ту же сюжетную нить, дети принялись ей увлеченно помогать, потом включился муж — и эта тянущаяся нить помогла им «спрясть» доверие к себе и своим способностям рассказчиков.

Ритм спокойного дыхания немедленно передается ребенку, в том числе и тому ребенку, что живет в нас. Собираясь рассказывать сказку, мы усаживаемся, готовимся произнести первые слова, и каждый полный вдох становится для детей небесами. У них появляется собственное гармоничное дыхание. Они могут расслабиться и обращаются к нам, полные внимания — от макушки до кончиков пальцев на ногах. Собранный рассказчик, который полностью «здесь», вызывает их доверие. Им легко верится, что сказка даст им чувство добра и целостности. Дети нуждаются в творящем тепле и близости взрослого. Если это чувство не полно, внимание их ослабевает и тяга к подлинным отношениям остается как чувство голода или жажды. Ребенок всегда ждет, что его будут питать родительское дыхание и речь. Он внутренне жаждет теплой дышащей сказки, которую рассказывают именно ему, и эта жажда не умирает до конца нашей жизни. Сколько бы ни было книг, телевидения, аудиозаписей или компьютерных сказок, они никогда не удовлетворят нашей глубокой потребности в общении.

Одна мама (ее звали Катрина) как-то вечером повела своих детей к хорошо известной сказочнице. Шумная ватага ребятишек и их задерганных родителей заполнила всю ее комнату до предела. Дети разного возраста тормошили сказочницу, и она забыла установить тишину, прежде чем начать сказку. И чем больше она исхитрялась, пытаясь все привести в порядок, тем больше шума и перепалок возникало. «Лучше бы я осталась дома и провела вечер с детьми сама, — говорила потом Катрина. — Я забыла, как мне нравилось рассказывать им сказки, какое удовольствие получали они и получала я». В конце концов Катрина написала книгу о том, как она решила наслаждаться мирным и творчески богатым временем дома со своими детьми.

Еще одна мама тоже начала было рассказывать детям сказки и истории, однако часто, когда детям пора было ложиться спать, оказывалась занята. Нехотя, но она все-таки позволяла им смотреть телевизор, хотя знала: там будет множество всяких картинок, в том числе и реклама. Другие члены «сказочного кружка» очень сочувствовали ей, когда она жаловалась, что дети засыпают поздно, а ночью спят неспокойно и часто просыпаются от плохих снов. И в конце концов мама решила, что их время сказок перед сном будет священно и неприкосновенно, сколь бы важными ни были ее остальные заботы. Она знала, что это полезно не только детям, но и ей тоже.

Работая воспитательницей в детском саду, я каждый день рассказывала детям истории. Я садилась в кресло-качалку и несколько мгновений прислушивалась к своему дыханию. Дети тоже начинали прислушиваться. Мое ритмичное дыхание и тихое покачивание кресла притягивали их внимание больше, чем мои слова. Для меня это стало открытием. Какими бы буйными ни приходили дети, теперь они успокаивались, и по мере того, как мы сплетали мирную, гармоничную атмосферу, мои страхи и сомнения исчезали, как у бабушки с вязаньем или у мамы с прялкой. То тепло, что возникало среди нас, позволяло словам моих сказок течь порой с удивительным вдохновением.

Время от времени я прихожу в веселый и шумный детский сад. В одном конце комнаты там стоит большое мягкое кресло. Из-под чехла, закрывающего его до полу, выглядывают два старинных остроносых башмака с золотыми шнурками. На плечи креслу заботливо наброшена большая шаль, а по углам «рассажены» подушки, маленькие куколки, тряпочки, камушки и вязаный мячик. Если ребенку нужно спокойно посидеть, или он ушибся, или просто он нуждается в большем внимании, чем воспитатели могут ему уделить в данный момент, то малышу тихонько говорят: «Иди, посиди у мамы на коленках». И дети охотно залезают в кресло, сворачиваются там, прижимаясь к спинке и подушкам, чувствуя теплую защиту и поддержку. В саду заведен ритуал: каждый день, когда наступает время рассказывать сказку, воспитательница сама спокойно и неторопливо усаживается в это архетипическое кресло, какое-то время устраивается «у мамы на коленках» поудобнее, затем начинает рассказывать, а куколки, камушки и тряпочки иногда становятся частью ее сказки. Дети учатся искусству фантазии у своей мудрой, заботливой «сказочной мамы», с помощью ее сказок они учатся также получать от этого места утешающий и укрепляющий покой.

Есть много возможностей привнести в жизнь своей семьи покой и тишину. Какие-то родители могут, например, поставить в детской или рядом с ней старинные часы. В моем детстве такие часы стояли в доме под лестницей и разговаривали со мной, регулярно отбивая время, хотя я до сих пор не до конца понимаю, что они хотели сказать. Мы с братьями любили смотреть и слушать, как круглый диск маятника ритмично качается и каждые четверть часа раздается звон. Внимательное прислушивание к различным звукам подготавливает к живому вслушиванию в сказку, когда наступает ее время: дует вечерний ветерок, крадется котенок, а вот звук вашего собственного дыхания и дыхания ребенка, шуршание ваших движений, мягкое, ритмичное биение пульса внутри.

Молодой отец, балагур и затейник, никогда не лезущий за словом в карман, вдруг открыл для себя величие тишины, рассказывая историю об индейцах. Поначалу он чувствовал себя странно и дискомфортно в этом спокойном дыхании и слушании, однако недавно поделился со мной историей, которую сочинил летом, сидя у вечернего костра. Главная героиня, таинственная индейская женщина, не была ни глухой, ни немой — она просто не разговаривала. Звуки словно проходили сквозь нее и удалялись куда-то, где оставались, ожидая в прекрасном покое. Если она приходила к вечернему костру всего племени, то даже огонь пылал бесшумно. Она навещала людей в разных поселениях, и в тишине, которая ее окружала, у них вдруг возникали удивительные вопросы, а дети, просыпаясь, помнили песни, которые пели во сне. Отец рассказывал разные истории об этих индейских поселениях, а дети спрашивали: «А тихая женщина придет?» И им нравилось слушать о ее могуществе, точно так же, как и их отцу.

Еще одна семья решила послушать звуки тишины во время отдыха на озере. Сначала они просто молчали и слушали несколько мгновений. Они помогали друг другу слушать паузы между словами. А под конец научились жить в безмолвном бодрствовании почти целый день, слушая удивительную музыку природы вокруг. И чем больше становилось вокруг них тишины, тем больше царил мир в их семье, а движения и жесты становились все более красноречивыми. Когда окончился их трехдневный эксперимент, один из детей пожелал так жить до конца каникул.

Кінець безкоштовного уривку. Щоби читати далі, придбайте, будь ласка, повну версію книги.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.

На жаль, цей розділ недоступний у безкоштовному уривку.